Строительство Дома

Николай Телегин «СТРОИТЕЛЬСТВО ДОМА» (часть первая).

До наших дней сохранилось большое количество домов построенных сто и даже сто пятьдесят лет назад. Состояние многих из них вызывает буквально восхищение- стены ровные, перекрытия крепкие… Конечно все эти дома не были никогда заброшены, а имели постоянный уход, ибо главный враг любого деревянного здания это сырость. Достаточно небольших прорех в крыше, чтобы крепкий сруб за пару десятилетий превратился в труху. Тем не менее, полтора столетия это полтора столетия! Если же взять деревянные дома построенные 50 лет назад то почти всегда их состояние удручающее, а современные здания из оцилиндрованного бруса имеют хоть какую то долговечность исключительно из-за огромного количества пропиток консервирующих древесину. Почему же так то? Ответ совсем не сложный и лежит на поверхности- растеряно мастерство и уважение к собственному труду, но главное это исчезновение секретов строительства, которые совсем не являются тайной- просто ими невыгодно стало пользоваться. В этой скучной статейке я и поведу речь о том как строили свои дома наши предки раньше и как не строят сейчас. И надеюсь, что читатель согласится с тем выводом, к которому я буду подводить его в течении всего текста- современный плотник , даже если расшибётся в лепёшку, не сможет построить дом так же, как делал это его прадед- простой русский мужик.
#
Строительство нового дома хозяин начинал планировать за несколько лет и в первую очередь его головной болью был поиск годного строительного леса. Лучшим деревом для строительства считалась лиственница, древесина корой не поддаётся гниению и имеет плотность на 30% больше чем у сосны. Но лиственница материал и сложный в обработке и дорогой, да и растёт далеко не везде. Тяжела и её транспортировка, ибо из за большой плотности сплав её невозможен- тонет в воде. Поэтому часто из неё делали лишь нижние венцы, которые соприкасались с землёй и более были подвержены разрушительному воздействию влаги. Много чаще шла в применение сосна, маслянистые хлысты корой идеально подходили для возведения срубов, а вот ель использовали крайне редко и лишь для постройки всяких сараев и бань. Сосновыми лесами были окружены все северными деревни, но порой брёвна для строительства везли очень издалека, ведь сосна сосне рознь. На разных почвах вырастают деревья имеющие совершенно разные характеристики! В низменных. сырых местах лес себе на дом рубить бы никто никогда не стал ( называлась такая древесина «опреснино»-она впитывает влагу и тонет в воде), а ехали за ним туда где столетние деревья росли на сухих глинистых почвах- именно там сосна имела самую плотную и мелкослойную структуру. Хозяин дома (или мастер нанятый им) тщательно осматривал лес и выбирал стволы идеально подходящие для строительства-если кора у сосны светлая то негодная будет древесина, а если рыжая , да ещё и ствол чуть крученый то значит ствол добрый- смолистый. Деревья имеющие возраст 60-100 лет имели название «мянда» и тоже не шли в дело, ибо считалось что такие стволы ещё не выстоялись, а только поспевали («Минуло сосне сто лет, а морщин у неё так нет и нет. Высоко она стоит, далеко глядит. Придёт смерть за сосной-старушкой, станет она пятистенной избушкой»). Отобранные деревья помечались особым клеймом семьи и посягнуть на них уже никто не мог. Хороший хозяин в течении нескольких лет привозил и поливал свои деревья серным раствором- такие брёвна потом в срубе никакой древоточец не брал.
.Масса примет и даже суеверий ограничивало использование вроде бы и подходящих стволов: не брали деревья из «священных мест» (рядом или на месте сгоревшего храма), около кладбищ или одиноких могил, не брали очень большие или старые деревья, так как считали что такие должны умереть собственной смертью («Грешит тяжко даже тот , кто решится срубить всякое старое дерево, отнимая у него таким образом заслуженное право на ветровал. Такой грешник либо сходит с ума, либо ломает себе руку или ногу, либо сам скоропостижно умирает»). Избегали деревьев с какой то аномалией, на которых был нарост «гуз» ибо у жильцов тогда появятся колтуны, пограничные деревья из страха, что «на
перекрёстках черти яйца катают и нечистый волен в душе человека. Обходили стороной стволы с «пристоем» (ветвью образующей второй маленький ствол) из опасения. что дочь хозяйки дома «принесёт в подоле». Запрещалось использовать в строительстве деревья выращенные человеком и «буйные», которые по каким то не вполне ясным признакам, содержали в себе тайную разрушительную силу. .Невероятно важным считалось время когда было срублено дерево- брались только зимние. И народные приметы проверенные многими поколениями плотников имеют под собой самое что ни на есть научное подтверждение. Так во время исследования проведённого в 1867 году выяснилось следующее:»…срубленные четырёх одинаковых лет, с одного места и грунта сосновые деревья в течении декабря. января, февраля и марта по выделке из них четырёх потолочных балок показали по нагрузке их тяжестью, что дерево, срубленное в январе на 12, феврале на 20, в марте на 38 выдержало менее тяжести , чем срубленное в декабре. Из двух сосен одного места и одних лет , зарытых в сыром грунте , по прошествии восьми лет , сосна срубленная в феврале, была совершенно проникнута гнилостью , между тем срубленная в декабре, после 16 лет лежания в том же сыром грунте, оказалась ещё вполне здоровой. В той же степени время рубки дерева имеет влияние на проницаемость его водою или другими жидкостями, а поэтому для бочек и других вододержащих сосудов должно выбирать дерево декабрьской рубки…» Если кто то прочитал цитату невнимательно, то привлеку внимание к тому, что лес срубленный с апреля по ноябрь не рассматривался в качестве строительного вообще!
.Обычно начинали рубить лес на зимнего Николу, по первым крепким морозам, когда дерево само удаляет из себя влагу и консервирует себя на зиму. Заготовлять древесину нужно только на новолуние, так как по приметам хлысты срубленные на убывающей луне сгниют. Работа на делянке опасная и тяжелая («плотника не шуба греет, а топор»). Так как часто деревья вырубались выборочно то случалось, что упавшее цеплялось за кроны соседних и повисало на них- такие сразу же отбраковывались из суеверия. Оставляли и те, которые вопреки лесорубу, падали вершиной на север- по поверьям в доме где будет лежать такой ствол люди умирать станут раньше своего срока. На павших деревьях тут же обрубались сучки- мелкие собирались и сжигались на месте, а крупные отвозились в деревню и использовались как дрова второго сорта- назывались они «смольё» (хлеб и еду готовили только на берёзовых дровах, а сосновыми топили жильё или бани). Если на месте вырубки собирались сделать «новину» (поле для сельхозкультур), то через пяток лет пни выкорчёвывались и либо сжигались на месте, либо отвозились к деревне для выгонке скипидара и дёгтя. Такие поля на месте вырубки или пожара называли «лядина». Обычно в первый год (даже без выкорчёвки пней) сеяли лён и урожай его был всегда хорош, на второй же год высевали озимую рожь. Но лесная эта земля не была плодородной- несколько лет её использовали, а потом забрасывали.
.Вывезенный на санях лес на разделочных площадках осматривали и отделяли «кремнину» (крепкую нижнюю часть стволов). Кремнина это затекшая смолой нижняя часть ствола, которая выделялась по рисунку спила- он был жёлтого или даже коричневого цвета, на поверхности оного невозможно рассмотреть поры- они плотно заполнены смолой. У каждого дерева длина такого участка бывает различной- иной раз до нескольких метров и она тяжело поддаётся обработке. Поэтому у каждого ствола отпиливали снизу обычно сантиметров 70 и пускали на дрова. Хлысты разбирались на группы сообразно плану будущего дома- что то на сам сруб, что то на стропила, что то на возведение крыльца…. После разделки все брёвна укладывались слоями на прокладки и оставлялись до весны. С середины 19 века, когда пила прочно вошла в обиход плотников, все спилы или отёсывалились или уплотнялись обухом топора, чтобы забить поры и так законсервировать до следующей фазы обработки.
.Корить брёвна начинали в апреле или мае. когда уже сходит снег, а сама древесина отошла от морозов- отмякла. Под верхним слоем коры начинает скапливаться влага и сама кора сходит легко. Корили как правило топором, но были распространены и скобели «хаки» и простые лопаты. Кору надо сдирать тщательно по всей площади ствола от комля к вершине, что бы не оставить задиров. После окорки брёвнам дают высохнуть и занимает это совсем не мало времени- их скатывают в штабели, обвязывают и фиксируют клиньями против разваливания, сверху укрывают берестой и оставляют сохнуть. Хороший мастер готовность древесины определял по звуку- ударив обухом топора он прислушивался к получившемуся звуку. Хорошо высохшее бревно издаёт звонкий звук, который волной расходится по всей длине хлыста. Если же звук гаснет в месте удара то бревно ещё сыровато. Хорошо просушенное дерево легко поддаётся рубке- лезвие входит в него мягко, а вот если бревно будет пересушено то топор будет отскакивать от него, а плотник будет «отсушивать» руки при каждом хорошем ударе.
.Пока брёвна сохли хозяин подготавливал всё что будет использовано в строительстве: плахи, балки, доски, брусья, быки. Самым лучшим и тёплым домом считался сделанный из кругляка, при этом в местах сопряжений каждого венца толщина стен совсем незначительная, ведь брёвна касаются друг друга лишь частью своего диаметра. Намного толще стены получаются из бруса ( выпиленных квадратных брусков во всю длину бревна. В этом случае общая толщина стен получается больше (в величину грани бруса), но мастера знали особенность материала и не использовали такое решение, так как четырёхгранный брус под действием перепада температур или влаги может дать сквозную трещину, но круглое бревно никогда- там трещина доходит только до сердцевины.
.Традиционный набор инструментов был совсем невелик и верховодил там Его Величество Топор. («Город строят не языком, а рублём да топором», «С топором весь свет пройдёшь», «Мудр, когда в руках топор, а без топора не стоит и комара», «Топор одевает, топор обувает»). Инструмент этот имел множество модификаций для разных видов деятельности, но плотницкий топор представлял из себя знаковую вещь, не лишённую даже элементов сакральности. Так кроме хозяина его никто не имел самовольно взять в руки, Остроты он должен быть невероятной- так качество стали и заточки определяли по ногтю- заточенное лезвие не должно по нему скользить. Любой мужик умел управляться этим инструментом, но в руках профессионала он творил чудеса: «…для топора не не мелит мелом и не размеряет циркулем. Прямой глаз, привычка и верная рука делают всё дело, которое у иных искусников доходит до высокой степени совершенства: можно залюбоваться. Топор русский такие вырубает фигуры в досках, что можно подумать на долото, ножи и разные столярные инструменты…»
.Тут сам собой просится рассказ о «поповском топоре»:
По принятой в 1964 году ЮНЕСКО «Международной хартии по консервации и реставрации памятников и достопримечательных мест» («Венецианской хартии») все части строения, все конструкции, детали, узлы, а также особенности обработки поверхностей элементов должны соответствовать времени возведения постройки. Для этого необходимо строгое соблюдение исторической технологии строительства, применение исторического инструмента и приёмов работы этим инструментом. Но в плотницком ремесле, так же как и в любом другом, в различные периоды происходили такие изменения, которые иначе как революцией и назвать сложно. В русском деревянном зодчестве такой перелом произошёл в начале 19 века, когда в строительстве начала использоваться пила (сначала ручная. а затем и механизированная). К тому же периоду относится и появление доступных оконных стёкол, в корне изменивших облик как жилых домов так и храмов. Изменился тогда неузнаваемо и плотницкий топор и слава открытия этого принадлежит нашему современнику- великому реставратору Попову Александру Владимировичу.
.Во время реставрационных работ проводимых в 1981-88 годах на церкви Дмитрия Солунского в Верхней Уфтюги он столкнулся с проблемой на которую раньше никто не обращал внимания- ни сам Попов, ни один профессиональный плотник из его бригады не могли воспроизвести в точности способ рубки конца 18 века! Как ни старались, как не мучились не получалось у них ни врубки такие же сделать, ни пазы, да даже отесать так же бревно не получалось. Отбросив в сторону предположение о собственной криворукости Александр Владимирович зачастил в колхозную кузню с просьбами кузнецу сначала чуть изменить существующий плотницкий топор, а потом уже и выковать новый. Но сколько не бились ничего у них не получалось. Не может современный мастер сделать так же как человек 18 века и всё тут! Но с каждым новым топором менялась и структура обрабатываемой поверхности и лишь где то выковав с десяток новых лезвий, реставратор смог получить топор максимально похожий на инструмент 18 века. Оказалось, что он был значительно тяжелее топора века 19, имел иную форму- короткий и каплевидный в сечении, имевший закруглённое лезвие 9-15 см и значительно большую клиновидность, похожий скорее на колун для дров. Иным было даже топорище- длинное и ровное оно имело утолщение на конце. Такой топор при отёсывании не утопает в древесине, а скалывает не оставляя зарубок и затёсин. То есть при ударе остриё лезвия вырезает аккуратно волнообразный вырез, после чего крутые бока выталкивают лезвие наружу. Даже бить по бревну нужно было иначе- не параллельно стволу, а плавно перемещая по дуге к нему. Получаемая поверхность была очень гладкой, но не идеально ровной, а волнообразной и без малейших заусениц. В случае если топор заглублялся таки сильно и застревал, то место это выравнивалось следующим ударом, который наносили чуть выше предыдущего. Такая поверхность значительно меньше впитывала влагу, так как округлые бока топора сами забивали поры.
Получив такой топор А.В.Попов ввёл его в широкий оборот среди лучших современных реставраторов и доказал, что современным инструментом невозможно получить такой же результат как топорами 18 и предыдущих веков.
#
Автор фотографий и текста Николай Телегин. Окончание следует.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.